В этой статье:

Наши юристы подготовили развернутую информацию на тему «Цессия в процедуре несостоятельности организации» Собрали исчерпывающие материалы чтобы разъяснить всю суть вопроса. Если остались дополнительные вопросы, Вы можете задать их нашему консультанту.

Суть данной финансово-правовой операции заключается в смене одной из сторон обязательств. То есть, цедент (кредитор), на четко регламентированном законом основании, уступает возможность затребовать долги у заемщика третьему лицу (цессионарию). По факту, это процедура перепродажи задолженности другой организации, на которую лягут все трудности со взыскания кредитных средств.

С латинского языка этот термин дословно переводится как передача полномочий на что-либо (например, на ценные бумаги, собственность и пр.), которая задокументирована согласно букве закона.

Договор на право цессии – это документ, который официально фиксирует добровольное соглашение между первоначальным заимодателем и третьим лицом.

Он подтверждает законность сделки, а также регламентирует условия уступки.

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

В процедуре задействованы три стороны:

  • правовладелец, который уступает возможность взыскания задолженности иному лицу и в ходе операции приобретает статус цедента;
  • организация, которая перекупает долг на выгодных для себя условиях и получает возможность требовать его полного погашения с заемщика, именуемая цессионарий (как правило, это коллекторская контора);
  • должник – у него, кроме наименования и реквизитов кредитора, ничего не меняется (суммы и условия возврата средств остаются прежними).

В документе четко отражаются сроки заключения, меры ответственности и обязанности всех участников.

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Когда составляется договор цессии при банкротстве?

В российской практике ведения бизнеса на фоне роста долговых обязательств у компаний широкое распространение приобрел способ очистки бухгалтерского баланса от дебиторской задолженности как переуступка прав требования. Она позволяет весьма оперативно улучшить свои финансовые показатели при банкротстве предприятия и вернуть определенную часть денег.

Достоинствами цессии при банкротстве являются сжатые сроки возврата средств и высокий шанс на их получение. С другой стороны цедент всегда терпит определённые убытки при продаже долга. Поэтому заключенные соглашения подобного рода нередко привлекают к себе внимание со стороны налоговиков, которые могут признать сделку притворной из-за ее экономической необоснованности и доначислить налоги.

Достаточно часто цессия как добровольное соглашение между сторонами применяется в процедуре банкротства предприятия.

Порядок применения цесси при несостоятельности регулируется 382 ст. Гражданского кодекса. При заключении такого договора не требуется получение согласия должника.

Цессионарий приобретает права требования в полном объеме, как если бы они принадлежали кредитору.

Кредитор обязуется передать всю документацию, удостоверяющую его права: акты сдачи-приемки, копии накладных, договоров купли-продажи и пр.

Также он не вправе скрывать информацию о должнике: сведения о платежеспособности, наличии судебных исков и сроках просрочки.

В каких случаях цессия используется в процессе банкротства юридического лица:

  1. Цессионарий может умышленно приобретать дебиторскую задолженность определенного должника, чтобы инициировать процедуру банкротства в отношении должника. Причем покупать ее он может у нескольких кредиторов.
  2. Должник сам создает фиктивную схему продажи принадлежащей ему дебиторской задолженности для вывода части активов в преддверии процедуры банкротства. Как известно, дебиторская задолженность попадает в конкурсную массу и может быть взыскана для погашения долгов перед кредиторами. При такой схеме создается видимость, что долг уже не принадлежит будущему банкроту, в находится в собственности другого юрлица. При обнаружении признаков фиктивности несостоятельности управляющий вправе оспорить подобную сделку.
  3. Конкурсные кредиторы покупают задолженность у других кредиторов, чтобы увеличить свой вес на кредиторских собраниях и сделать процедуру банкротства подконтрольной себе.
  4. Не всегда сделка цессии заключается в целях скрыть свое истинное финансовое состояние. Иногда должник, который оказался в сложном финансовом положении вынуждено продает задолженность, чтобы выручить хоть какие-то средства на текущие расходы.
  5. Подписание договора может быть инициировано арбитражным управляющим в процедурах конкурсного производства для наполнения конкурсной массы или в процессе санации для улучшения финансовой ситуации на предприятии.
  6. Банковские организации переуступают права требования по долгам компании в процессе банкротства, чтобы избежать необходимости формирования дополнительных резервов.

Какой суд защищает права кредиторов в деле о банкротстве?

Согласно правилам АПК РФ дела о банкротстве рассматриваются арбитражными судами. В их компетенции находятся не только споры о финансовой несостоятельности организаций и ИП, осуществляющих предпринимательскую деятельность, но и физических лиц, не занимающихся бизнесом.

В задачи арбитражных судов входит:

  • обеспечение правосудия в экономической сфере;
  • предоставление справедливой и беспристрастной защиты прав граждан, организаций и предпринимателей;
  • создание условий для мирного урегулирования разногласий между сторонами;
  • предотвращение правонарушений в области экономической деятельности.

Что собой представляет

Суть данной финансово-правовой операции заключается в смене одной из сторон обязательств. То есть, цедент (кредитор), на четко регламентированном законом основании, уступает возможность затребовать долги у заемщика третьему лицу (цессионарию). По факту, это процедура перепродажи задолженности другой организации, на которую лягут все трудности со взыскания кредитных средств.

С латинского языка этот термин дословно переводится как передача полномочий на что-либо (например, на ценные бумаги, собственность и пр.), которая задокументирована согласно букве закона.

Договор на право цессии – это документ, который официально фиксирует добровольное соглашение между первоначальным заимодателем и третьим лицом.

Он подтверждает законность сделки, а также регламентирует условия уступки.

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

В процедуре задействованы три стороны:

  • правовладелец, который уступает возможность взыскания задолженности иному лицу и в ходе операции приобретает статус цедента;
  • организация, которая перекупает долг на выгодных для себя условиях и получает возможность требовать его полного погашения с заемщика, именуемая цессионарий (как правило, это коллекторская контора);
  • должник – у него, кроме наименования и реквизитов кредитора, ничего не меняется (суммы и условия возврата средств остаются прежними).

В документе четко отражаются сроки заключения, меры ответственности и обязанности всех участников.

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Цессия при банкротстве должника

Содержание статьи

Цессия при банкротстве должника или в других проблемных кредитных ситуациях — это передача долга от одного лица у другому. Уступка прав требования при банкротстве происходит после подачи заявления в суд.

Уступка права требования в банкротстве

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Уступка права требования (цессия) – это сделка, предметом которой является передача кредитором по основному обязательству своего права требования к должнику другому лицу.

Возможность и порядок совершения сделок цессии в банкротстве закреплены ФЗ №127 в статьях 112 и 140. Необходимость заключения данных сделок во время банкротства организации обусловлена тем, что у любой компании есть дебиторская задолженность.

То есть деньги, не полученные организацией от ее контрагентов.

Замена стороны в денежном обязательстве позволяет арбитражному управляющему за короткое время сократить или ликвидировать задолженность по «дебиторке», вернуть деньги компании, направить их на расчеты по требованиям кредиторов.

Если говорить о положительных и отрицательных сторонах сделок по передаче прав требования в ходе банкротства компании, важно отметить следующее. Существенный минус цессии – это наличие дисконта. То есть уступка требования осуществляется по цене, которая ниже стоимости дебиторской задолженности банкротящейся компании.

Заключив договор цессии, организация заведомо получает меньше денег, чем она самостоятельно взыскала бы со своих должников. Но есть и безусловный плюс.

Право требования компании к ее должникам, срок исполнения которого неизвестен и которое вообще может быть не исполнено, преобразуется в реальные деньги, которые организация получает в конкретный срок.

Остановимся подробнее на основных моментах цессии в банкротстве.

Сделки по продаже прав требования компании к ее должникам заключают конкурсный или внешний управляющий. Для этого они обязаны получить согласие собрания или комитета кредиторов, предоставив заранее кредиторам информацию об основных условиях будущих сделок и согласовав с ними эти условия. Полученное таким образом согласие оформляется протоколом.

Если кредиторы заблаговременно не получили информацию от арбитражного управляющего об основных моментах будущих сделок цессии, они вправе заявить претензии о том, что уступка прав требований осуществлена не на оптимальных для должника условиях. Но закон закрепляет, что в ряде случаев получение согласия собрания кредиторов не требуется.

Например, если цессия предусмотрена в плане внешнего управления.

Продажа прав требования в банкротстве происходит на торгах. Проводится открытый аукцион. Если продаются права требования в иностранной валюте, то в этом случае проходит закрытый аукцион.

Информация о торгах размещается в СМИ. Как правило, покупателями прав требования являются компании, которые специализируются на таких сделках.

Купив права требования, они самостоятельно взыскивают долги компании либо перепродают их.

Начальную цену каждого продаваемого права требования определяет независимый оценщик, исходя из его рыночной стоимости.

Переход права требования банкротящейся компании по сделке осуществляется только после его полной оплаты. Срок платежа – 30 дней с момента заключения договора цессии. Именно в течение этого времени организация-банкрот получает свои деньги за проданные права требования по «дебиторке».

Передача прав требования оформляется путем подписания сторонами акта. К нему прилагаются документы, удостоверяющие переданные требования. Это, например, могут быть закрывающие документы по сделкам, решения судов.

Источники

  1. Есаков, Геннадий Mens Rea в уголовном праве Соединенных Штатов Америки / Геннадий Есаков. — М.: Юридический центр, 2003. — 786 c.
  2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) c практическими разъяснениями официальных органов и постатейными материалами; Книжный мир — М., 2017. — 192 c.
  3. Герман Де Бетс Искусство говорить на суде; СИНТЕГ — Москва, 2001. — 801 c.
  4. Бат Андрей Враг государства; Издательские решения — М., 2021. — 859 c.
  5. Виктор Михайлович Корякин Гражданское право в схемах. Особенная часть. Учебное пособие; Проспект — М., 2001. — 378 c.

Вс реабилитировал цессию как сделку в деле о банкротстве

Уступка права требования в деле о банкротстве (цессия)

Для установления факта недействительности сделки в деле о банкротстве судам нужно «обладать информацией как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления», объяснила коллегия по экономическим спорам Верховного суда РФ. Однако нижестоящие суды не установили цену переданных прав, указал ВС, отменяя их акты о признании недействительными договоров цессии между входящей в холдинг «Миэль» ЗАО «Миэль-Новостройки» и «ТГК. Юридическая практика».

Спор между компаниями разгорелся в 2013 году, когда Анна Мариничева, конкурсный управляющий оказавшейся в процедуре банкротства «Миэль-Новостройки», обнаружила заключенные в период подозрительности договоры цессии.

По ним в 2012 году компания уступила права требования на 136,4 млн руб. к ООО «Стройсимвол» компании «ТГК. Юридическая практика» за 1,86 млн руб.[1] Мариничева сочла сделку недействительной и обжаловала.

Три инстанции с ней согласились.

Однако ни одна из них, прежде чем признавать сделку недействительной, не разобралась в равноценности или неравноценности встречного исполнения по сделке, следует из определения ВС (Ольга Киселева, Елена Золотова и Наталья Чучунова), опубликованного 21 июня.

Члены экономколлегии обратили внимание на то, что спорящие стороны представили в суд по два отчета о рыночной стоимости уступленных прав. По отчетам «ТГК. Юридическая практика» цена по договорам цессии была рыночной, в связи с чем состоявшееся предоставление можно признать равноценным.

Из отчетов конкурсного управляющего следовало, что рыночная цена уступленных прав более чем в 60 раз была выше фактически заплаченной за них.

«Существование четырех отчетов об оценке, обусловливающих совершенно разную стоимость предмета оценки, должно было вызвать у суда разумные сомнения в достоверности сведений, содержащихся в каждом из таких отчетов», — говорится в определении ВС.

Члены экономколлегии указали, что суды должны были предложить сторонам провести судебную экспертизу по спорному вопросу. «Однако суд не только не поставил перед сторонами вопрос о назначении судебной экспертизы, но и отказал «ТГК.

Юридическая практика» в удовлетворении соответствующего ходатайства, чем существенно нарушил нормы процессуального права», — резюмировала коллегия ВС.

Также она обратила внимание на то, что нижестоящие суды оставили без внимания довод «ТГК. Юридическая практика» о том, что ранее была введена процедура конкурсного производства в отношении заемщика «УКМ». К ней «Стройсимвол» в 2011 году переуступил права требования компании «Миэль-Новостройки».

В связи с этим ВС сделал вывод о «преждевременности» применения судами п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве о признании сделки недействительной, а также ст.10 и 168 ГК, так как «наличие злоупотребления в действиях сторон мотивировано исключительно фактом вывода дорогостоящих активов также по заниженной цене».

Не все цессии — намеренный вывод имущества

Ключевым в рассматриваемом деле нужно считать не вопрос права, а вопрос факта: «является ли цена уступки рыночной», считает юрист юридической компании «Хренов и партнеры» Сергей Морозов.

Однако он не соглашается с обоснованием судьями своей позиции. По его мнению, «у ВС РФ было и другое, более подходящее, основание для отмены, как, например, выяснение вопроса соответствия цены уступки рыночным ценам».

«В цену входит не только небольшая фиксированная сумма, но и премия в размере 80% от взысканной впоследствии суммы. То есть, сравнивая цену отчуждения с рыночной, суд, по сути, принимал во внимание лишь ее небольшую часть, что могло привести к вынесению неправильного решения, — считает эксперт.

— Именно в этом заключалась ключевая ошибка нижестоящих судов при рассмотрении этого дела, и именно ее следовало исправить ВС РФ».

С выводом экономколлегии о необходимости проведения экспертизы согласна адвокат коллегии адвокатов «Клишин и Партнеры» Мария Хохлова. Она отмечает, что сегодня не существует универсальных, общепринятых оценочных методик для оценки прав требований.

По ее мнению, с учетом наличия нескольких экспертиз с различными результатами оценки, при наличии ходатайства со стороны одной из сторон суды должны были назначить судебную экспертизу для определения рыночной стоимости уступаемого права требования.

По мнению юриста юридической фирмы Vegas lex Татьяны Светловой, сегодняшняя практика ВС формирует устойчивую позицию, «направленную на блокирование схем по выводу имущества должника в преддверии несостоятельности», данным же решением «суд поддерживает позицию должника, указывая на то, что не все цессии, заключенные в преддверии банкротства, означают намеренный вывод имущества, а низкая цена не всегда свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника и контрагента».

Светлова считает, что по договору цессии цедент всегда «сталкивается с риском понести убытки», ведь в первую очередь уступаемое требование — это имущественное право.

Здесь суды не учли «финансовое положение должника по цессиям», считает она, а также «фактически оценивали уступленные права по номиналу, что является сомнительным с учетом необходимых временных и финансовых затрат на фактическое взыскание долгов».

«Данное решение Верховного суда несомненно имеет прецедентное значение, позволяет несколько «реабилитировать» цессию как сделку, на сегодняшний день одну из самых оспариваемых в процессе банкротства», — считает Светлова.

Высший арбитражный суд РФ исходил из того, что при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела, напоминает Хохлова (п.

10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса РФ»).

В таких случаях суд должен исходить из конкретных обстоятельств дела, должны учитываться платежеспособность должника, степень спорности передаваемого права требования, а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость уступаемого права требования, являющегося предметом договора уступки.

Примечания:

1. В 2006 году ЗАО «Миэль-Недвижимость» предоставило ЗАО «УКМ» заем 124,35 млн руб., через три года переуступило право на остаток в 83,9 млн рублей ООО «Стройсимвол». Ранее, в августе 2008 года, «Стройсимвол» предоставил «УКМ» еще один заем на 90 млн руб. В августе 2011 года он за сумму невыплаченного остатка по займам переуступил права требования по ним компании «Миэль-Новостройки».

Вс разъяснил, когда возможна уступка требований к банкроту после его ликвидации

Верховный Суд РФ вынес Определение № 308-ЭС19-12135 по делу о предъявлении требований должнику-банкроту, переданных по уступке уже после его ликвидации.

Обстоятельства дела

В 2011 г. ОАО «Россельхозбанк» заключило шесть договоров об открытии кредитной линии с ООО «ДжиТиЭм-Груп», во исполнение которых банк перечислил заемщику 167 млн рублей. Общество так и не вернуло банку полученный кредит.

В марте 2013 г. в отношении заемщика была возбуждена процедура банкротства. Через несколько месяцев суд признал компанию банкротом и ввел в ее отношении упрощенное конкурсное производство.

Требования банка были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника как обеспеченные залогом имущества. Спустя несколько лет банк уступил требование к должнику Рашиду Мишу.

На дату заключения договора уступки общая сумма требований банка к должнику превысила 154 млн рублей.

В июле 2018 г. завершилось конкурсное производство в отношении «ДжиТиЭм-Груп», в следующем месяце сведения о компании были исключены из ЕГРЮЛ. В сентябре того же года Рашид Миш передал по 1/2 требований к должнику Рустаму Мешвезу и индивидуальному предпринимателю Андрею Титову. В октябре 2018 г.

они обратились в суд с заявлениями о процессуальном правопреемстве. Каждый потребовал заменить банк (первоначального кредитора) на них в деле о банкротстве ООО «ДжиТиЭм-Груп».

В обоснование своих требований заявители сослались на то, что замена кредитора возможна в деле о банкротстве и после завершения конкурсного производства.

Арбитражный суд прекратил производство по заявлениям граждан. Впоследствии апелляция и кассация поддержали решение суда первой инстанции. Суды сочли, что все заявления и ходатайства в рамках банкротного дела рассматриваются до ликвидации должника.

С момента внесения в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника прекращаются производства по всем заявлениям и ходатайствам.

Кроме того, они отметили, что переход права от Рашида Миша в пользу заявителей не мог состояться, следовательно, договор уступки требований от 21 сентября 2018 г. ничтожен.

Выводы Суда

В своих кассационных жалобах в Верховный Суд РФ Рустам Мешвез и Андрей Титов ссылались на неверное применение нижестоящими инстанциями норм права о процессуальной замене кредиторов в деле о банкротстве должника. Заявители полагали, что прекращение производства по заявлениям о процессуальном правопреемстве лишило их прав на судебную защиту своих интересов, предоставленных кредиторам по завершении конкурсного производства.

Изучив обстоятельства дела № А32-14909/2013, Верховный Суд РФ напомнил, что в соответствии с п. 4 ст. 149 Закона о банкротстве конкурсное производство завершается с внесением в ЕГРЮЛ записи о ликвидации должника. По общему правилу, ликвидация юрлица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам (п. 1 ст. 61 ГК РФ).

«Ввиду отсутствия субъекта правоотношений, коим являлся должник-банкрот, предъявление к нему правопритязаний лишено какого-либо смысла, так как даже при констатации судом нарушенного права восстановить его за счет несуществующего субъекта правоотношений невозможно.

Поэтому разногласия, заявления, ходатайства и жалобы в деле о банкротстве рассматриваются арбитражным судом в деле о банкротстве до внесения записи о ликвидации должника в ЕГРЮЛ, а после этого производство по подобным обращениям подлежит прекращению (п.

48 Постановления Пленума ВС РФ от 15 декабря 2004 г. № 29).

Однако в том случае, если имущественные права кредитора не были восстановлены до завершения конкурсного производства и ликвидации должника, законодательство о банкротстве предоставляет кредитору возможность удовлетворить свои требования за счет иных лиц», – отмечено в определении Суда.

Как пояснил Верховный Суд, в таком случае кредитор вправе обратить взыскание на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами; привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; взыскать убытки с конкурсного управляющего должника.

«Указанные права могут быть реализованы только в том случае, если лицо имеет статус кредитора в деле о банкротстве должника, в основе которого материально-правовое требование к должнику, ранее подтвержденное в деле о банкротстве.

Закон не ограничивает конкурсного кредитора в праве распоряжения своим требованием к лицам, вовлеченным в процесс банкротства должника. Более того, согласно ст.

419 ГК РФ правило о прекращении обязательств ликвидацией юридического лица не применяется, если законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо, то есть как это имеет место в Законе о банкротстве.

Таким образом, и после ликвидации должника ряд обязательств нельзя считать прекращенными: с наличием неисполненного требования к должнику закон связывает возможность реализации имущественных правопритязаний кредитора к другим лицам, в том числе причинившим вред при управлении должником», – пояснил Суд.

Высшая судебная инстанция также напомнила, что кредитор не лишен правовой возможности передать принадлежащее ему требование другому лицу по сделке как в полном объеме, так и в части (п. 1 ст. 382, 384 ГК РФ).

Поэтому при выбытии одной из сторон в установленном судебным актом правоотношении (например, при уступке требования) суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в своем акте. Следовательно, п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ и п.

48 Постановления Пленума № 29 в данном случае неприменимы. Ведь правопритязания кредитора сохраняются в отношении действующих правоспособных лиц, в частности контролирующих должника лиц, конкурсного управляющего должника, лиц, незаконно получивших имущество должника.

Иной подход необоснованно ограничивает кредитора в реализации своих имущественных прав.

Таким образом, ВС заключил, что нижестоящие суды не имели законных оснований для прекращения производства по заявлениям Рустама Мешвеза и Андрея Титова лишь на том основании, что должник был ликвидирован. Верховный Суд также признал несостоятельным и вывод о ничтожности договора уступки требований от 21 сентября 2018 г.

Как указал Суд, заявления новых владельцев требований к ликвидированному должнику по существу не рассматривались, обстоятельства уступленных требований (в том числе размер) не устанавливались судами, доводы и доказательства заявителей не проверялись.

В связи с этим Верховный Суд отменил акты нижестоящих судов, вернув дело на новое рассмотрение в первую судебную инстанцию.

Эксперты «АГ» прокомментировали выводы ВС РФ

Адвокат, партнер Tenzor Consulting Group Антон Макейчук назвал обоснованными выводы Верховного Суда. «Позиция относительно возможности процессуального правопреемства после завершения процедуры банкротства не является новой. Так, в августе 2019 г.

Верховный Суд РФ рассмотрел аналогичный спор только в отношении должника в лице физлица (Определение ВС РФ от 5 августа 2019 г. № 308-ЭС17-21032).

В указанном деле кредитор обратился в дело о банкротстве с заявлением о процессуальном правопреемстве уже после освобождения гражданина от исполнения требований кредиторов, и Суд признал это возможным, указав на особый статус конкурсного кредитора и наличие у него прав, реализация которых возможна после завершения процедуры банкротства», – пояснил он.

Гражданин-банкрот может потерять освобождение от долгов и после завершения реализации его имуществаВерховный Суд пояснил, что завершение процедуры банкротства гражданина не является препятствием для разрешения вопроса о правопреемстве по требованию, от исполнения которого должник освобожден

По словам эксперта, в связи с этим позиция, изложенная в определении, не является неожиданной.

«Действительно, Закон о банкротстве предоставляет конкурсным кредиторам должника (как юрлица, так и гражданина) обширный перечень прав, которые возможно реализовать после завершения всех применяемых в деле о банкротстве процедур (например, распределить обнаруженное имущество должника, взыскать убытки с управляющего, привлечь контролирующих лиц к субсидиарной ответственности и др.)», – отметил Антон Макейчук.

Юрист юридической фирмы ART DE LEX Роман Прокофьев также согласился с выводами Суда. «Во-первых, комментируемое определение является логическим продолжением вынесенного ранее Определения от 5 августа 2019 г.

№ 308-ЭС17-21032 (2,3), в котором вопрос о включении нового кредитора по уступке требования был решен аналогичным образом с разницей лишь в том, что суд рассматривал дело о банкротстве физического лица.

Во-вторых, как представляется, уступка права требования к уже ликвидированному в конкурсном производстве должнику является достаточно неординарным действием, следовательно, рассмотрение обстоятельств заключения подобных соглашений на предмет злоупотреблений со стороны кредиторов должно происходить под контролем арбитражного суда», – отметил он.

В-третьих, по словам Романа Прокофьева, позиция ВС РФ еще раз подтверждает правильность исправленной в Законе о банкротстве неточности. «Ранее в ст.

10 этого Закона говорилось о субсидиарной ответственности в том числе должника, что являлось необоснованным и могло провоцировать суды на совершение ошибки, которая в рассматриваемом деле была допущена нижестоящими судами.

Дело в том, что субсидиарная ответственность распространяется не на должника, а на лиц, его контролировавших, причинивших вред кредиторам. В действующей редакции глава III.2 Закона о банкротстве не содержит указаний на ответственность самого должника», – резюмировал юрист.

Адвокат КА «ЮрПрофи» Илья Лясковский считает, что рассмотренный ВС РФ спор вряд ли можно назвать распространенным, но выводы Суда интересны.

«Верховный Суд прямо указал, что процессуальные права кредитора могут существовать и тогда, когда материально-правовое требование к должнику прекратилось.

В чем-то этот вывод уже следовал из закона, позволяющего предъявлять требования о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц и после окончания процедур банкротства.

Однако в данном судебном акте особенно рельефно разделены права, возникшие из материального требования, и специальные полномочия кредиторов при банкротстве. Несмотря на то что уступка первых явно фиктивна (требование к ликвидированному лицу заведомо не имеет ценности), договор цессии все равно действует в части передачи прав, связанных со статусом кредитора в деле о банкротстве», – пояснил он.

По словам эксперта, в подобной ситуации у Экономколлегии ВС имелось два варианта решения. «Первый избран ею – допустить замену конкурсного кредитора в рамках завершенного дела о банкротстве, второй – отказать в замене в рамках этого дела, но указать на право предъявления отдельного иска. Исходя из ст. 61.

19 Закона о банкротстве, кажется более правильным второй вариант, поскольку требования кредиторов, не заявленные до завершения конкурсного производства, рассматриваются вне рамок дела о банкротстве.

В данном случае коллегия ВС РФ указала на необходимость установления правопреемства именно в деле о банкротстве, понимая, что после этого притязания правопреемника кредитора могут быть рассмотрены лишь в другом деле.

Вероятно, такой подход связан с не раскрытыми в мотивировочной части определения представлениями об особом статусе конкурсного кредитора (отличном от статуса кредитора), приобрести который можно лишь в рамках дела о банкротстве», – подытожил Илья Лясковский.

Замена кредитора в деле о банкротстве

В ФЗ №127 «О банкротстве» от 26 октября 2002 года указано, что долги дебитора могут быть погашены его учредителями, собственником имущества должника или третьим лицом. Когда фирма объявляется несостоятельной, в реестр заносятся ее кредиторы. Перечень их также может меняться.

Реестр требований кредиторов

Банкротство подразделяется на ряд этапов. Один из этапов предполагает извещение кредиторов о несостоятельности дебитора, сбор их претензий. Все кредиторы, предъявившие свои требования, вносятся в специальный список.

Называется он реестром. Лица, включенные в этот список, имеют право на затребование долгов у кредитора. Попасть в реестр можно только путем направления заявления в арбитражный суд, который занимается делом о банкротстве.

Заявление кредитора проверяется. Если его требования признаются законными, выносится соответствующий акт. Он подтверждает наличие задолженности, ее состав и размер. Именно на основании акта арбитражный управляющий вносит кредитора в реестр.

В каких случаях возможна замена кредитора

Самовольно изменять положения реестра нельзя. Нужно ориентироваться на требования, установленные нормативными актами. Замена осуществляется в том случае, если кредитор, по каким-либо причинам, не может быть получателем задолженности. Случиться это может в следующих случаях:

  • Произошла уступка права требования.
  • Перевод задолженности другому лицу.
  • Смерть ФЛ, являющегося кредитором.
  • Добровольный отказ от своих требований.

То есть это обстоятельства, которые делают невозможным участие в реестре. Происходит преемство права истребования долга.

Рассмотрим основания замены лица:

  • Законодательство (реорганизация фирмы, резолюция суда, уплата задолженности поручителем).
  • Оформление соглашения уступки требований (статья 388 ГК РФ).

ВНИМАНИЕ! Регулирование исключения из реестра кредитора происходит на основании 9 статьи ГК РФ.

ВАЖНО! Если кредитор отказывается от своих требований и желает выйти из реестра, второй раз его претензии приниматься уже не будут. Многократное предъявление своих претензий невозможно потому, что это усложнит процесс банкротства.

Роль арбитражного суда при изменении реестра

Арбитражный суд обладает следующими полномочиями в рамках процедуры банкротства:

  • Отказ во внесении кредитора в реестр и удовлетворении его требований.
  • Проверка требований кредитора на их обоснованность.
  • Исключение лица из реестра, если поступило соответствующее заявление.

Этот орган играет ключевую роль при исключении кредитора из реестра.

Как выполняется замена кредитора

Для исключения кредитора из реестра нужно обращаться не к его держателю, а в арбитражный суд. Порядок замены аналогичен нормам замены участника спора. Процедура регламентируется статьей 48 АПК РФ. Рассмотрим основные положения этой статьи:

  • Если один из участников выбывает в спорном правоотношении, арбитражный суд выполняет замену этого участника его правопреемником. Соответствующая информация заносится в судебный акт. Право на преемство можно реализовать на любом этапе арбитражного процесса.
  • Арбитражный суд может или заменить преемника, или отказать ему в этом. Соответствующее решение прописывается в судебном акте. Последний возможно обжаловать.
  • Преемник перенимает все права и обязанности лица, которого он заменил.

Переход прав выполняется по итогам правопреемства в материальном праве на основании определения Верховного суда № 302-ЭС15-493 от 22 апреля 2015 года.

ВАЖНО! Замена кредитора не выполняется автоматически. То есть недостаточно просто написать заявление об исключении лица из реестра. Нужно составить специальное обращение о замене и направить его в арбитражный суд. Судом будет рассмотрено ходатайство, после чего принимается решение или о замене, или об отказе. Реестр корректируется на основании судебного акта о замене.

Порядок замены кредитора

Процедура замены сопровождается этими документами:

  • Ходатайство соответствующего характера.
  • Соглашение об уступке права требования.

Для замены кредитора нужно проделать эти действия:

  1. Направление ходатайства в арбитражный суд. Подаваться оно может как действующим кредитором, так и его правопреемником. Последний вариант актуален тогда, когда поручитель выполнил положения договора поручительства. То есть отдал кредитору соответствующую сумму средств, выкупив задолженность. Соответствующие положения содержатся в пункте 8 Постановления Пленума ВАС №42 от 12 июля 2012 года «О разрешении поручительских споров».
  2. Предоставление документов, подтверждающих факт возможности преемства в материальном праве.

Правопреемство возможно на любом этапе арбитражного процесса: суд первой инстанции, апелляции, исполнительные производства, пересмотр судебных актов. Например, в судебном решении может фигурировать одно лицо (кредитор), а в исполнительном листе – его правопреемник.

Заявление о замене

Правила оформления заявления о замене практически тождественны правилам заполнения заявления о включение в реестр. Ходатайство составляется на основании статьи 125 АПК РФ. Оно должно включать в себя эти сведения:

  • Наименование арбитражного суда, в которое направляется заявление.
  • Информация о должнике (наименование, адрес).
  • Информация о новом кредиторе (государственный номер регистрации, адрес).
  • Номер дела о несостоятельности.
  • Информация о предыдущем кредиторе (наименование, фактический адрес).
  • Состав и размер требований прошлого кредитора.
  • Основания возникновения претензий.
  • Реквизиты акта судебного органа, на базе которого прошлый кредитор был внесен в реестр.
  • Основания перехода прав преемнику.
  • Просьба о замене кредитора и внесении сопутствующей записи в реестр. К примеру, сформулировать ее можно так: «Прошу заменить кредитора и включить в реестр требований нового». В просьбе указываются названия и того, и другого участника.
  • Приложения к заявлению (подтверждение отправки заявления должнику, копия соглашения цессии).

Документ будет недействительным без подписи заявителя и даты.

К СВЕДЕНИЮ! При подаче ходатайства, в отличие от иска, не нужно уплачивать пошлину. Основанием этого является Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа № А10-4642/2010 от 3 августа 2012 года.

Последствия замены кредитора

Рассмотрим практические последствия замены кредитора на его правопреемника:

  1. Первый кредитор выбывает из процесса. Его место занимает правопреемник.
  2. Процесс банкротства и погашения долгов продолжается с момента, когда ходатайство о замене было направлено в суд. Дело заново начинаться не будет.
  3. Все обязанности первого кредитора переходят его правопреемнику. Последствия действий первого лица также распространяются на преемника.

Преемник получает право истребовать задолженность.

Всегда ли возможно правопреемство

Процессуальное преемство не всегда принимается судом. Эта операция может сильно осложнить и без того сложную процедуру банкротства.

Возникновение трудностей связано, в том числе, с отсутствием в ФЗ «О банкротстве» №127 положений о правопреемстве. При рассмотрении дела приходится руководствоваться статьей 48 АПК РФ.

Заявитель получает отказ в том случае, если отсутствуют основания для преемства. К примеру, договор цессии может не соответствовать требованиям, которые ему предъявляются.

Вс реабилитировал цессию как сделку в деле о банкротстве

Для установления факта недействительности сделки в деле о банкротстве судам нужно «обладать информацией как о стоимости имущества, переданного должником по сделке, так и о стоимости полученного за данное имущество предоставления», объяснила коллегия по экономическим спорам Верховного суда РФ. Однако нижестоящие суды не установили цену переданных прав, указал ВС, отменяя их акты о признании недействительными договоров цессии между входящей в холдинг «Миэль» ЗАО «Миэль-Новостройки» и «ТГК. Юридическая практика».

Спор между компаниями разгорелся в 2013 году, когда Анна Мариничева, конкурсный управляющий оказавшейся в процедуре банкротства «Миэль-Новостройки», обнаружила заключенные в период подозрительности договоры цессии.

По ним в 2012 году компания уступила права требования на 136,4 млн руб. к ООО «Стройсимвол» компании «ТГК. Юридическая практика» за 1,86 млн руб.[1] Мариничева сочла сделку недействительной и обжаловала.

Три инстанции с ней согласились.

Однако ни одна из них, прежде чем признавать сделку недействительной, не разобралась в равноценности или неравноценности встречного исполнения по сделке, следует из определения ВС (Ольга Киселева, Елена Золотова и Наталья Чучунова), опубликованного 21 июня.

Члены экономколлегии обратили внимание на то, что спорящие стороны представили в суд по два отчета о рыночной стоимости уступленных прав. По отчетам «ТГК. Юридическая практика» цена по договорам цессии была рыночной, в связи с чем состоявшееся предоставление можно признать равноценным.

Из отчетов конкурсного управляющего следовало, что рыночная цена уступленных прав более чем в 60 раз была выше фактически заплаченной за них.

«Существование четырех отчетов об оценке, обусловливающих совершенно разную стоимость предмета оценки, должно было вызвать у суда разумные сомнения в достоверности сведений, содержащихся в каждом из таких отчетов», — говорится в определении ВС.

Члены экономколлегии указали, что суды должны были предложить сторонам провести судебную экспертизу по спорному вопросу. «Однако суд не только не поставил перед сторонами вопрос о назначении судебной экспертизы, но и отказал «ТГК.

Юридическая практика» в удовлетворении соответствующего ходатайства, чем существенно нарушил нормы процессуального права», — резюмировала коллегия ВС.

Также она обратила внимание на то, что нижестоящие суды оставили без внимания довод «ТГК. Юридическая практика» о том, что ранее была введена процедура конкурсного производства в отношении заемщика «УКМ». К ней «Стройсимвол» в 2011 году переуступил права требования компании «Миэль-Новостройки».

В связи с этим ВС сделал вывод о «преждевременности» применения судами п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве о признании сделки недействительной, а также ст.10 и 168 ГК, так как «наличие злоупотребления в действиях сторон мотивировано исключительно фактом вывода дорогостоящих активов также по заниженной цене».

Не все цессии — намеренный вывод имущества

Ключевым в рассматриваемом деле нужно считать не вопрос права, а вопрос факта: «является ли цена уступки рыночной», считает юрист юридической компании «Хренов и партнеры» Сергей Морозов.

Однако он не соглашается с обоснованием судьями своей позиции. По его мнению, «у ВС РФ было и другое, более подходящее, основание для отмены, как, например, выяснение вопроса соответствия цены уступки рыночным ценам».

«В цену входит не только небольшая фиксированная сумма, но и премия в размере 80% от взысканной впоследствии суммы. То есть, сравнивая цену отчуждения с рыночной, суд, по сути, принимал во внимание лишь ее небольшую часть, что могло привести к вынесению неправильного решения, — считает эксперт.

— Именно в этом заключалась ключевая ошибка нижестоящих судов при рассмотрении этого дела, и именно ее следовало исправить ВС РФ».

С выводом экономколлегии о необходимости проведения экспертизы согласна адвокат коллегии адвокатов «Клишин и Партнеры» Мария Хохлова. Она отмечает, что сегодня не существует универсальных, общепринятых оценочных методик для оценки прав требований.

По ее мнению, с учетом наличия нескольких экспертиз с различными результатами оценки, при наличии ходатайства со стороны одной из сторон суды должны были назначить судебную экспертизу для определения рыночной стоимости уступаемого права требования.

По мнению юриста юридической фирмы VEGAS LEX Татьяны Светловой, сегодняшняя практика ВС формирует устойчивую позицию, «направленную на блокирование схем по выводу имущества должника в преддверии несостоятельности», данным же решением «суд поддерживает позицию должника, указывая на то, что не все цессии, заключенные в преддверии банкротства, означают намеренный вывод имущества, а низкая цена не всегда свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника и контрагента».

Светлова считает, что по договору цессии цедент всегда «сталкивается с риском понести убытки», ведь в первую очередь уступаемое требование — это имущественное право.

Здесь суды не учли «финансовое положение должника по цессиям», считает она, а также «фактически оценивали уступленные права по номиналу, что является сомнительным с учетом необходимых временных и финансовых затрат на фактическое взыскание долгов».

«Данное решение Верховного суда несомненно имеет прецедентное значение, позволяет несколько «реабилитировать» цессию как сделку, на сегодняшний день одну из самых оспариваемых в процессе банкротства», — считает Светлова.

Высший арбитражный суд РФ исходил из того, что при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела, напоминает Хохлова (п.

10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса РФ»).

В таких случаях суд должен исходить из конкретных обстоятельств дела, должны учитываться платежеспособность должника, степень спорности передаваемого права требования, а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость уступаемого права требования, являющегося предметом договора уступки.

Примечания:

1. В 2006 году ЗАО «Миэль-Недвижимость» предоставило ЗАО «УКМ» заем 124,35 млн руб., через три года переуступило право на остаток в 83,9 млн рублей ООО «Стройсимвол». Ранее, в августе 2008 года, «Стройсимвол» предоставил «УКМ» еще один заем на 90 млн руб. В августе 2011 года он за сумму невыплаченного остатка по займам переуступил права требования по ним компании «Миэль-Новостройки».

Рекомендуем!  Ипотека и банкротство застройщика